Как живут русские в узбекистане
Перейти к содержимому

Как живут русские в узбекистане

  • автор:

Как живут русские в узбекистане

Я родилась в 1992 году в Ташкенте, в русской среднестатистической семье: мама, папа и старший брат. Мама не работала, следила за хозяйством и воспитывала нас, а папа занимался с друзьями внутренней отделкой коттеджей и квартир. Наши предки много десятилетий назад приехали в столицу Узбекистана из Украины и России: на Украине в 20-ых годах был голод и семья бабушки решила переехать, чтобы выжить. А дед жил на Дальнем Востоке, и им пришлось переехать с мамой и братом в Ташкент к дяде-военному, потому что прадеда репрессировали. Они остались одни.

В 1991 году Узбекистан вышел из СССР и объявил независимость. Страна перестраивалась на новый лад: была непростая политическая и социально-экономическая обстановка. В январе 1992-го были студенческие волнения из-за резкого подорожания продуктов питания, в первую очередь, хлеба. Также студенты требовали отставки нового президента, но волнения были подавлены милицией и силами внутренних войск. По толпе открывали огонь. Папа тогда зарабатывал много, и у нас не было проблем с продуктами. Мама никогда не жалуется, когда вспоминает то время. Но бабушке с дедом было тяжело: сахар, макаронные изделия и мясо выдавали по талонам, а денег с пенсии не хватало.

Русские – в Рязань, татары – в Казань

Во времена СССР Узбекистан позиционировался как многонациональное государство. В массы транслировались такие программы: «Совсем не имеет значение, какой религии твой ближний», «Мы все должны жить в мире и согласии». Это позитивно влияло на общество: Все учили два языка, русский и узбекский, и могли общаться друг с другом без препятствий. Многие мужчины-узбеки женились на русских девушках. Но после объявления независимости, отношение к русским изменилось. С руководящих мест деликатно прогоняли, вводили документацию на узбекском языке, а если на производстве работало много русских, то нанимали переводчика. По столице быстро распространялась поговорка: «Русские – в Рязань, татары – в Казань». Только в 2006 году усилили уголовную ответственность за проявление национализма и разжигание вражды, и это помогло.

Две стороны одной школы

Время шло, но ничего не менялось. Я получала среднее образование в смешанной русско-узбекской школе, в русском классе. Некоторые родители хотели привить своим детям более «европеизированный менталитет» и потому отдавали их туда. Считалось, что в таких классах сильнее программа, так как старались преподавать по российским учебникам. Общество думало, что авторы узбекских изданий не совсем компетентны: иногда в книгах находили несостыковки и опечатки.

Иногда мне было тяжело. Я выходила в коридор школы, как в открытый океан, и встречалась с дискриминацией. Редко, но метко обзывали: «Рус-кукуруз», «Рус-кутынгя папируз». Сначала это злило, а потом я привыкла и перестала обращать внимание. Здорово, что наши одноклассники относились к нам хорошо и дружили с нами. Вот мальчики из узбекских классов лапали, насмехались, шлёпали, толкали со ступенек. Я давала сдачи: половину школы пробегала, чтобы дать пинка.

Хоть я и училась в русском классе, считаю, что русский язык преподавался поверхностно. Учебную программу усредняли. У нас была очень добрая учительница, которая особо ничего не требовала. Правила учили редко и потом просто пересказывали их. Сегодня такое поверхностное изучение языка дает о себе знать. Я переживаю из-за моей неграмотной речи и проскальзывающего акцента.

Люди, с которыми я знакомлюсь, часто спрашивают меня: «Вы не местная?» На что я отвечаю: «Местная». Просто хочется быть «своей» на исторической родине.

Самое странное, что я помню с времён школы – это линейки по понедельникам и субботам. Средние и старшие классы собирались в большом помещении перед столовой и открывали наше собрание гимном Узбекистана. Обычно нам рассказывали новости школы и города уровня: про комендантский час из-за маньяка на районе, про победы ребят из нашей школы на олимпиадах и соревнованиях, про приближающиеся праздники и городские субботники. Но очень часто говорили про внешний вид: нельзя делать макияж, красить ногти и волосы в яркие цвета, носить декольте, брюки и яркие сумки. Многие нарушали дресс-код, а потом выслушивали крики директора на всю школу. Она часто стояла у входа и смотрела, кто как выглядит, а потом отправляла ребят с неуместным внешним видом домой.

Горячая кровь

И после школы я продолжала одеваться сдержанно: длинные юбки и закрытые блузки были основой гардероба. Но все равно по отношению ко мне распускали руки. Лапали не только в подъездах, в темноте, но и днем.

Я шла по махале, району с частными домами, а два парня медленно ехали на машине. Один вытащил руку из окна, схватил меня, но потом отпустил. Я ничего не могла сделать, боялась, что выбегут их друзья из домов и от меня останутся «рожки да ножки». А ведь я была замужем, шла на работу в приличной одежде. Мне пришлось смолчать и идти дальше.

Еще как-то мимо нас с мамой проезжали два подростка на велосипеде. Один сидел на раме, и у него были свободны руки. Он схватил меня за грудь при моей матери! Я никогда не бегала так быстро, моя нога никогда не поднималась так высоко.

Язык и связи

Многие русские друзья учили узбекский язык. Не только для работы, но и для того, чтобы просто понимать своих работодателей, коллег, соседей, прохожих. А без знания языка на работу в государственное учреждение попасть было невозможно. Сиди и учи. Язык нужен, чтобы понимать всех и заводить знакомства с людьми, которые могут быть тебе полезны, и которым можешь быть полезен ты. Но все равно русские старались сближаться с русскими, а узбеки с узбеками.

Через знакомых можно было не только получить хорошую работу, но и поступить в институт, как мой дядя. Поступил он, потому что подсуетился дедушка-связист: Подружился с соседом-узбеком по даче, который был деканом в институте, и попросил замолвить словечко. Возможно, заплатил ему, но этого не знаю.

Запрет на любовь

В государственных учреждениях всегда решат твою проблему, если ты гражданин страны. Но как быть с личной жизнью? Как быть, если с русскими не разрешают связывать судьбу?

В узбекских семьях детям разрешают жениться только на мусульманах, чтобы было легче жить в браке. Может, это и правильно. Во времена СССР охотнее женились на русских, потому что в стране была тенденция: «Мы все едины, народы должны дружить».

У меня есть знакомые девушки, которые вышли замуж за обрусевших узбеков. Живут душа в душу, но это исключение из правил. Относятся к ним все по-разному: кто-то может улыбнуться, умилиться их детям и сказать, что они красивая пара, а кто-то может выдать: «Странная девчонка. Наверное, обрезков любит».

Моя двоюродная сестра долго встречалась с узбеком, они хотели сыграть свадьбу, но «недосвекровь» сказала, что если они поженятся, то она выпрыгнет из окна. Сейчас сестра живет второй женой, растит сына, а её «муж» официально женился на узбечке, как и хотела его мама. Никаких правовых отношений. Лишь слабая позиция любовницы.

К тому же, у нас очень разные культуры. У них женщина по религиозным традициям в порабощении у мужа. Она не может быть на равных даже в решении мелких бытовых вопросов. А русские женщины свободолюбивы и решительны. Им будет тяжело жить по таким правилам. Без мужа почти нельзя выходить из дома, без разрешения гулять с подругами. Одеваться нужно сдержанно, без намеков на сексуальность. Одежда должна закрывать ноги, руки, грудь.

И сейчас в большинстве семей родители выбирают своим детям партнёра по жизни. Но мой друг, европеизированный узбек, нашел себе жену сам, на работе. Влюбился, а родители не были против, потому что она соответствовала их требованиям: симпатичная, скромная мусульманка из хорошей семьи со сдержанными манерами.

Формально многоженство запрещено законом, но родители девушки могут отдать её замуж второй женой, если жених сердечно попросит и докажет, что сможет её содержать.

И тут русские оказываются на обочине, ведь родители старой закалки выбирают своему сыну в жёны узбечку и очень часто не разрешают жениться на русских. Хотя считается, что от смешения крови рождаются красивые дети.

Сегодня нас меньшинство. Всё меньше русских занимают руководящие должности. Узбеки тянут вверх по лестнице своих, а мы стоим в сторонке. До развала СССР такого не было: дед и бабушка были руководителями, начальница моей тети была русская и нанимала только русских, потому что ей было так легче. Но потом к ней пришли и сказали: «Что это за Россия у тебя в отделе?» Я часто вспоминаю своих друзей: один работает барменом-официантом, другой – пекарем, третий – строителем, подруга – продавщицей. И только один знакомый – директор магазина.

«С кем же связывать свою жизнь?» – спрашивают себя девушки и парни национального меньшинства. Можно найти русского парня, как в моём случае, можно стать второй женой, как моя двоюродная сестра, можно быть любовницей несколько лет без надежды на брак, как моя подруга, потому что её парню мама не разрешила жениться на русской. Но можно найти европеизированного узбека, который может перечить родителям и самостоятельно решать, на ком жениться. Там уж как повезёт, там уж кого разрешат любить.

Текст: Юлия Пашкова
Иллюстрации: Дана Одейр
Верстка: Татьяна Орлова
Под редакцией Анны Хмелёвской и Ксении Якурновой

«Это миф, что все тут стоит три копейки». Как живут в Узбекистане «релоканты» из России

Самый быстрый поезд в Узбекистане - Аfrosiyob (аналог

Ташкент, середина октября. Отель «Узбекистан», или «Узбечка», как называют его местные, — похожий на московский «Космос» 17-этажный гигант, построенный еще в 1970-е. Огромный, как футбольное поле, зал ресторана, множество круглых столов на 10 человек. На завтраке — полный интернационал: немцы, французы, индусы, турки. Много местных — какие-то паломники в чалмах, сельские труженицы в платках, спортсмены, школьники. И среди всей этой пестрой толпы выделяются парни славянской внешности среднего возраста.

— Нас тут две волны: февральские «релоканты» и октябрьские «уклонисты», которых еще называют «дезертирами», — с грустной усмешкой рассказывал мне один из них, из Самары, удравший в Узбекистан от мобилизации (имен ни он, ни другие просили не упоминать. — Авт.). — Но по закону мы ни в чем не виноваты. Вот я, к примеру, когда сюда улетал, граница не была закрыта, ни в каких списках не числился, повестку не получал, просто сменил место проживания. Как буду жить дальше, еще не решил. Пока радует чувство свободы. Сейчас вот открывают рейс Ташкент — Абу-Даби, взял билет за 40 долларов — и через три часа уже в Эмиратах.

По самым осторожным оценкам, в Узбекистане сегодня таких — тысячи. Кто-то с девушкой или женой, иногда с маленьким ребенком. В отеле Самарканда наткнулся на москвича лет 25, с бородой, убежавшего с родителями. («Квартиру в Ташкенте мы ему сняли, насчет работы порешали, теперь — культурная программа», — рассказывал хозяйке папа, начальник средней руки.)

Но чаще уклонисты держатся по двое-трое. Нагловатые и тихие, здоровые и тщедушные, очкарики и качки. Многие почему-то упрямо ходят в шортах, хотя в Узбекистане это не принято. По городу передвигаются в основном на такси, которое заказывают через Яндекс (в отличие от местных, которые чаще ловят по старинке, поднимая руку на обочине). Все хорошо одеты.

В Узбекистане сейчас +20-25, небо голубое, много зелени. И днем я встречал их в парке и на экскурсии, в музее и Центре плова, на рынке и в кафе. Но больше всего приезжих из России, говорят, в банках. Те, кто приехал во вторую волну, ринулись снимать какие-то деньги, получать переводы, обменивать валюту. Ну и, конечно же, открытие счета. Иностранцу оформить банковскую карту в Узбекистане сегодня стало сложнее — надо находиться в стране 15 дней, купить сим-карту, отстоять очередь. Иногда приходится потратить несколько дней — бюрократия здесь та еще. Но куда деваться — карты «Мир» в Узбекистане с сентября не работают, а деньги из дома надо же как-то получать.

Хотя по стране можно спокойно перемещаться и с наличными, что делают многие — и местные, и «понаехавшие». Карты и мобильная оплата в Узбекистане распространены слабо — привет, наличные и местная валюта сум. Раньше курс обмена везде был одинаковый, но в последнее время в банках и у менял он стал отличаться — 130 и 170 сумов за 1 рубль. Хорошо хоть во многих магазинах берут и рубли, и доллары, и евро.

Выпивают ли наши? Не без этого — страна хоть и мусульманская, но светская. И все же в холле той же «Узбечки» лежат приглашения на массаж, в которых русским языком написано: «Посещать массажный салон рекомендуется только в трезвом виде».

Но местный МИД успокаивает: граждане зарубежных стран, не совершившие правонарушений, принудительной депортации не подлежат.

Каких-то скандалов или ЧП с российскими «уклонистами» пока вроде не было.

Регистанами называли главные площади в городах Среднего Востока, но самаркандский Регистан — самый известный в мире, и в 2001 г. включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Фото: РИА Новости

«Ласковый май» и Киркоров

В 1920-е в Узбекистане спасались от голода беженцы из Поволжья, о чем снят популярный в СССР фильм «Ташкент — город хлебный» (1968) по мотивам повести Александра Неверова, входившей в школьную программу. В 1941-м здесь нашли приют сотни тысяч советских людей, отправленных в эвакуацию, включая поэтов, писателей, художников, артистов, ученых. Достаточно назвать несколько имен: Фаина Раневская, Анна Ахматова, Алексей Толстой, Корней Чуковский, Любовь Орлова.

И сегодня местные — и продавцы на рынке, и арендодатели, и таксисты, и просто прохожие — в целом относятся к приехавшим из России сочувственно. Практически нет шуток про «оккупантов», про «Ташкент не резиновый», нет гневных публикаций в газетах и ехидных постов в соцсетях. Да и чего возмущаться, когда гости дали импульс развитию экономики: ВВП страны растет, объем вкладов в банках тоже, на русских деньгах богатеют владельцы отелей, квартир, ресторанов, турфирм, магазинов. К тому же в Узбекистане сегодня вообще довольно теплое отношение к России — и на «уклонистов» оно проецируется.

— Все знают, что за войной на Украине стоят американцы, НАТО-шмато всякие. Потому-то у нас Россию сегодня поддерживают процентов 90

— Знаешь, брат, узбеки — народ добрый, гостеприимный и не конфликтный. Надо — последней лепешкой поделятся. Такое, как в Казахстане, где у ваших парней были проблемы, здесь невозможно, — заверял меня один таксист.

— Все знают, что за войной на Украине стоят американцы, НАТО-шмато всякие. Потому у нас Россию сегодня поддерживают процентов 90, — убеждал другой. — И вообще когда при СССР из Москвы командовали, спокойно было. А сейчас вон сколько конфликтов: то таджики с узбеками воюют, то узбеки с киргизами, то киргизы с таджиками, все не могут поделить границы. — И, поразмышляв немного, вдруг огорошил вопросом: — Уважаемый, а как думаете, СССР еще может восстановиться?

Самая большая иностранная диаспора в РФ сегодня — узбекская. По данным МВД, в 2021 году на заработки в различные регионы России приехали более 3 млн узбекистанцев, еще 60 тыс. направлены к нам на учебу. Русских же в Узбекистане раньше было 1,6 млн, или 8,6% (перепись 1989 г.). Сейчас — 720 тыс., или 2,1% (2021 г.). И отток продолжается. Тем не менее в Ташкенте много вывесок на великом и могучем (в Бухаре меньше, в Самарканде еще меньше, но тоже есть) — иногда возникает ощущение, что ты не за границей, а где-нибудь в Дагестане. В кафе и такси — «Ласковый май», «Белый лебедь на пруду» и даже Эдита Пьеха. По Ташкенту развешаны плакаты с анонсом концерта Киркорова 1 ноября. На русском говорят не только пожилые, но и молодежь, причем иногда даже между собой — считается модно. Как модно отдавать детей в русские школы, которые престижнее узбекских и туда сложнее попасть. Что не отменяет знания английского, который здесь в последние годы внедряется неотвратимо, планомерно и настойчиво.

А еще встречается причудливая смесь языков — например, Stol Теnnis — настольный теннис. Или Хоz market — хозяйственный магазин. Ничего — все понимают.

Надписей на русском я не увидел только в Музее жертв репрессий, где все исключительно на узбекском. От рассказов, как царские генералы истребляли местное население в XIX веке, как авиация Фрунзе бомбила священную крепость — резиденцию бухарских эмиров в 1920-х, до «хлопкового дела» и Гдляна — Иванова. И только в конце экспозиции, где идет речь про светлое будущее Узбекистана, появляется второй язык. Но не русский — английский.

Вообще для приехавших из России здесь много непривычного. Например, отношение к старшим. При появлении пожилого человека, не обязательно родственника или знакомого, надо встать. Во многих семьях даже дети к родителям и младшие сестры и братья к старшим обращаются на «вы».

Бросается в глаза, что дети во дворах играют в «обычные» игры — без айфонов и других современных гаджетов.

В ташкентском Центре плова такую емкость съедают за полчаса. А после 15.00 плов вообще заканчивается. Фото: Игорь Черняк

Пешеход тут никто. На зеленый свет машины поворачивают прямо на тебя, а красный загорается, когда ты еще на середине перехода. Не для слабонервных, движение настолько агрессивное, что перейти улицу часто сродни подвигу.

Еще один квест связан с такси: «найди заказанную машину на улице» называется. Проблема в том, что в Узбекистане у всех одинаковые белые Chevrolet местного производства, которые продаются за 10-11 тыс. долларов, и города — наваждение какое-то! — буквально ими заполонены. Разнообразие вносят разве что Daewoo Matiz и старые Nexia, опять же узбекские. Если вы увидите другую марку, значит, машина принадлежит обеспеченной семье — тут на иномарки большой налог.

Пребывание автомобиля с российскими номерами в Узбекистане разрешено до 90 дней в году. Сгонять, скажем, в соседний Казахстан для «обнуления» не получится. А далее за каждый день просрочки будут начисляться штрафы, которые вас заставят оплатить при выезде из страны, пусть даже в аэропорту. Тут по-прежнему ловят за скорость, причем часто радары прячутся в гражданских автомобилях. Немало и стационарных камер, нештрафуемый порог — всего 5 км/ч.

При всем хорошем отношении к северному соседу машины с российскими номерами привлекают повышенное внимание гаишников. «Развести» могут за что угодно: якобы неправильно составленную доверенность или ее отсутствие, наличие в багажнике чрезмерно большой канистры с бензином или подозрение в употреблении чего-нибудь «нехорошего». В этом смысле для сбежавших из России автовладельцев — ничего нового.

— Это миф, что все тут стоит три копейки и можно жить как арабский шейх. Цены разные. Все привозное часто выходит даже дороже, чем в Москве

Если иностранец находится в Узбекистане больше трех дней, ему надо оформить регистрацию в МВД. Иначе штраф 150 долларов, который будет расти с каждым днем. Крупные отели постояльцев регистрируют сами, выдавая квиток, который могут попросить показать на границе, а вот получить его самому — это надо повозиться. Если вы планируете находиться в стране больше месяца, следует пойти на почту и зарегистрировать свой мобильный телефон. Иначе на 31-й день его отключат. Процедура отнимет как минимум полдня жизни. За местной симкой тоже придется постоять, после российского «нашествия» очереди доходили до 200 человек.

Не верь глазам своим

Ташкент периодически попадает на верхние строчки всяких международных рейтингов. Так, год назад местные СМИ не без гордости сообщали, что наряду с Дамаском и Триполи узбекская столица вошла в тройку самых дешевых городов мира. Этот список был составлен экспертами британской организации Economist Intelligence Unit, которые изучили цены на 50 тыс. товаров в 173 городах. В рейтинге «Стоимость жизни» статистического ресурса Numbeo Ташкент также всегда находился ближе к концу, то есть в числе самых дешевых городов, хотя в последние пару лет начал двигаться вверх. В 2021 году по уровню цен на продукты и рестораны, аренду жилья, транспортные расходы и коммуналку он занимал 555-е место из 598 возможных. Сейчас же поднялся на 515-ю строчку, между украинским Львовом и индийским Мумбаем.

Но приехавшие из России все эти расчеты подвергают сомнению.

Многие мужчины здесь, не без гордости вспоминая о службе в Советской армии, нашли применение и кителям. Фото: Игорь Черняк

— Это миф, что все тут стоит три копейки и можно жить просто как арабский шейх, — рассказал мне один из беглецов. — Цены разные. Все привозное стоит даже дороже, чем в Москве, — бананы и морепродукты в 2-3 раза, креветки — вообще роскошь, роллы тоже дорогие. Девчонки жалуются: игрушки, подгузники, детское питание — жуть. В хорошем ресторане можно и 5, и 10 тысяч рублей с носа оставить. А вот местное — и правда дешевое: одежда из хлопка, фрукты-овощи, уличная еда. Я за продуктами на рынок езжу, но там надо уметь торговаться, иначе надуют с улыбкой на лице. Как говорится, «белая кожа — вдвое дороже».

Как бы то ни было, некоторые местные тут живут на сто долларов в месяц и не жалуются. Средняя зарплата — 24 тыс. рублей. Билеты на автобус и в метро стоят 10 рублей (здесь и далее все цены — в переводе с сумов — Авт.). Такси дешевое — не в час пик можно с одного конца города в другой проехать рублей за 120-150. Из Самарканда в Ташкент (310 км, 3,5 часа) мы доехали за 2 тыс. рублей. Из-за таких низких цен, наверное, и нет смысла в каршеринге.

Дешевые и билеты на поезда. Добраться из Ташкента в Бухару на Аfrosiyob (аналог «Сапсана»), 3,5 ч, 444 км — 1,7 тыс. рублей. А на обычном «Шарке» с кожаными креслами, телевизорами и вагоном-рестораном — 786 рублей. Правда, идет он почти вдвое дольше — 6 ч. Проблема лишь в том, что билетов на эти современные поезда часто не бывает — надо бронировать сильно заранее. То же касается и билетов на самолет, которые чуть дороже — по 2-3 тыс. рублей.

Другой стереотип — про плов, что здесь его едят постоянно: утром, днем и вечером. Да, предложений много, порции очень большие, стоят рублей 150. Но если вы захотите пообедать или поужинать пловом, это вряд ли получится. Его готовят рано утром, к обеду он есть не везде, а вечером и вовсе не найдешь.

Приезд беглецов из России заметно поднял цены на жилье: если раньше в Ташкенте «двушку» можно было снять за 300-500 долларов в месяц, то сейчас просят и 1 тыс., и больше. В итоге у местных студентов и других приезжих из узбекской глубинки возникли в столице проблемы с жильем. В других городах, где аренда вдвое-втрое ниже, остроты пока нет. Разве что, как рассказывают наши беглецы, в силу не до конца понятных причин 95% арендодателей в Узбекистане согласны на клиентов с кошками, но категорически против собак.

А еще в стране бывают проблемы с электричеством, которое могут отключить когда угодно и на сколько угодно, что вызывает буквально ярость у приезжих «айтишников». Здесь можно без VPN открывать привычные сайты и соцсети, которые заблокированы дома. Но стоит интернет процентов на 20-30 дороже, чем в РФ, и скорость меньше даже в Ташкенте, не говоря уже про провинцию. Оставляют желать лучшего и провайдеры. Нужно быть готовым к перебоям в работе сети и нестабильным соединениям. С другой стороны, говорят бывалые, с интернетом дела все равно обстоят существенно лучше, чем в той же Германии.

То, что Россию в Узбекистане по-прежнему уважают, — заслуга не одного поколения еще советских людей, и доброе отношение к «уклонистам» во многом объясняется как раз отношением к стране, из которой они уехали. Для внешнего мира мы все — русские, и нам в своих порой ожесточенных внутренних спорах стоит помнить и об этом.

Примерные цены (в пересчете на рубли) — Узбекистан, октябрь 2022

Авиабилет Москва — Ташкент — Москва — от 35 тыс. рублей

Билет на поезд Ташкент — Самарканд — от 480 рублей

Ночь в отеле 3-4 звезды — 1,5 — 3 тыс. рублей

Аренда двухкомнатной квартиры — от 40 тыс. рублей

Такси по городу — 75-200 рублей

Обед в недорогом ресторане — 300-500 рублей

Метро, автобус — 10 рублей

Капучино в кафе — 120 рублей

Палочка шашлыка — 115 рублей

Молоко, литр — 45 рублей

Хлеб, буханка — 25 рублей

Яйца, 10 шт. — 58 рублей

Яблоки, 1 кг — 75 рублей

Бананы, 1 кг — 280 рублей

Картофель, 1 кг — 25 рублей

Лук, 1 кг — 30 рублей

Помидоры, 1 кг — 60 рублей

Вино местное, 1 бут — от 360 рублей

Пиво местн/имп — от 50/200 рублей

Бензин АИ-95 — 75 рублей

Как живут русские в узбекистане

С начала года в Узбекистан въехали более 70 000 россиян, многие остались на долгий срок, и это неизбежно повлияло на условия жизни в стране. Что именно изменилось и стоит ли сейчас выбирать Узбекистан для путешествия или долгого отпуска, рассказывают наши подписчики, которые сейчас живут в стране.

Ташкент, столица Узбекистана

«Здесь развита культура easy talk — простое знакомство на улице может затянутся на час и дольше»

Рассказывает Альберт, ветеринар, Ташкент:

В Узбекистане хорошо развита сфера услуг, цены ниже, чем в Москве, для общения достаточно русского языка, тут тепло. В Ташкенте сильно теплее, чем в Москве. Есть зима, но нехолодная: около пяти градусов с минусом.

Приехать сюда просто: есть прямые рейсы в кучу городов Узбекистана из кучи городов России. Без регистрации можно жить 15 дней, дальше нужно сделать регистрацию на 3 или 6 месяцев и продлевать её можно сколько угодно раз без выездов из страны.

Город Ташкент — Москва десятилетней давности, который также динамично развивается, как Москва 10-летней давности. Здесь может не хватать тротуаров и благоустройства, но всё очень быстро и сильно меняется. Цены на еду здесь в полтора раза ниже, но импортные, российские продукты несколько дороже, чем в Москве.

В стране очень много чатов и каналов для приезжих, где можно найти ответы на насущные вопросы, работу, компанию на вечер и т.д. Например, приезжие периодически устраивают встречи и тусовки. Реакция местных на русских отличная. Здесь сильно развита культура easy talk, так что нужно иметь в виду, что простое знакомство на улице может растянуться на час, а то и дольше. Жильё русским сдают без проблем, однако цены взлетели вдвое. Но хорошую двушку можно найти за 800-1000 $. Трёшку — до полутора тысяч. Если искать на окраине или в соседних городах, цена может быть вдвое ниже.

«МИР» не работает. Местные карты выдают с регистрацией и ПИНФЛ (местный ИНН, его легко получить). Но в последнее время, чтобы получить карту в подавляющем большинстве узбекских банков, надо прожить в республике хотя бы 15 дней.

В Узбекистане есть государственные клиники, где принимают абсолютно всех. Есть частные, цены вдвое ниже, чем в Москве.

«В ресторанах чаще стали включать Пугачёву, Насырова, Кузьмина»

Рассказывает Александр, дизайнер, Хива:

Уехал в Самарканд 25 сентября, потом по неделе побывал в Бухаре и Хиве, планирую объехать более или менее весь Узбекистан — неделя на каждое новое место.

В Узбекистан недорогие билеты, въезд без визы. Плюсы в виде тёплой погоды, классной культуры, низких цен. Ну и ещё ни разу не слышал о русофобских настроениях тут. Самое главное — регистрация. Её обязательно сделать в течение 15 дней после въезда. В отелях её, скорее всего, сразу сделают без телодвижений с вашей стороны, а вот в гостевых домах и съёмных квартирах нужно спрашивать. Делается в отделах РУВД или паспортных столах.

В ресторанах чаще стали включать российские песни: Пугачёву, Насырова, Кузьмина. Местные разговаривают на русском, но его распространённость разная от места к месту. В Самарканде чуть ли не каждый знает, в Бухаре хуже, в Хиве и Ургенче — ещё хуже, а вот в Нукусе — столице Каракалпакстана — чуть ли не каждый встречный снова знает русский. Но всё же в общении лучше вставлять какие-то слова из узбекского — приветствие, прощание, благодарность.

Средний недорогой отель стоит около 40-50 $ в сутки. Ценник на квартиры сильно вырос: через риелтора однушка будет стоить от 1000 $ в месяц, через местных — дешевле на 30–40%.

Чем дальше от Ташкента (и от центра города), тем дешевле. Рынок перегрет, цены резко поднялись, риелторы в мыле. Сейчас практически все владельцы требуют оплату за несколько месяцев, так как не уверены, что гости надолго останутся.

Из интересного: тут коммунальные платежи предоплатные, как мобильная связь. То есть надо пополнить счёт заранее, чтобы вам ничего не выключили. Поход в кафе на одного — около 100 тысяч сум (примерно 600 рублей). Продукты недорогие, по ощущениям процентов на 30-40 дешевле, чем в России. «Яндекс.Такси» точно работает в Ташкенте, Самарканде и Бухаре. Средний ценник поездки — 60-80 рублей (удобно сравнивать местные цены с российскими, принимая 1000 сум за 6 рублей). В целом, если не учитывать проживание, то расходы здесь сокращаются на треть по сравнению с российскими.

Сильной просадки в бытовых вопросах не почувствовал. Единственное — есть проблемы с привычной нам одеждой и обувью. Из масс-маркета тут видел только LC Waikiki.

«МИР» не работает, условия получения переводов типа «Золотой короны» или «Юникредит» меняются в каждом банке каждый день. Где-то есть лимит в 2000 долларов, а где-то в 500. Для получения местной карты точно нужен загран и регистрация, а в ряде банков требуется ПИНФЛ (аналог российского ИНН). Последний оформляется за один день. Приходите пораньше в МФЦ или центр госуслуг, чтобы занять очередь. При входе говорите, что вы за ПИНФЛом, чтобы вам выдали особый талончик. В кабинете отдаёте паспорт, регистрацию, вас сфоткают и снимут отпечатки пальцев. Через часа 4 можно приходить за бумажкой. Выдача карт нерезидентам в последнее время очень усложнилась: надёжные банки открывают после 10 или 15 дней нахождения в Узбекистане. Лучше открывать вместе с «Визой»/»Мастеркардом» ещё и местные «Узкарт» и «Хумо», чтобы на них переводить деньги с российских карт. Обменивать лучше доллары — на них лучший курс, а вот снимать жильё или покупать авиа- и ж/д-билеты лучше онлайн на российских сервисах (например, я брал на Туту). Так вы сэкономите доллары, которые сложно вывести из России.

Кофеманам в Узбекистане будет печально. Если вы не в столице, то придётся забыть о фильтрах, воронках и иже с ними.

Я тут три недели. Ночью и утром холодно, а днём из-за яркого солнца жарко. Спасение — многослойность. Комплекта из футболки, чего-то с рукавом (худи, свитшот), жилетки (в духе легендарной из Uniqlo), демисезонной куртки (желательно с отстегивающимся слоем, чтобы более тонко подстраиваться под погоду) будет достаточно. На всякий случай местные шарфы за 20 долларов способны добавить морозостойкость вашему наряду. Не забывайте, что тут больше 90% жителей мусульмане, потому никаких шорт на улице. Редкая облачность и яркое солнце добавляют в перечень полезных вещей солнечные очки, головной убор и SPF.

Если вы хотите рассказать свою историю о жизни в другой стране, пишите на special@tutu.ru. Мы можем разметить историю анонимно или со ссылкой на ваши соцсети.

Об Узбекистане

  • Узбекистан туристу
  • ! Въезд для россиян
  • Русские в Узбекистане
  • Истории путешественников
  • Каково сейчас жить в Узбекистане
  • Аральское море

Как российским «релокантам» живется в Узбекистане. И что об их притоке думают местные жители

Ташкент. Иллюстративное фото

Вторжение российских войск в Украину и связанные с ним репрессии, экономические санкции и угроза мобилизации побудили многих россиян покинуть страну. Среди самых популярных направлений для эмиграции — постсоветские государства Южного Кавказа и Центральной Азии, которые привлекают иммигрантов географической и культурной близостью, безвизовым режимом и относительно низкими ценами. «Idel.Реалии» продолжают серию обзоров жизни россиян в этих странах материалом об Узбекистане.

По официальным данным, в 2022 году в Узбекистан въехало более 400 тысяч граждан России. Помимо тех, кто перебрался в Узбекистан на долгий срок, это число включает в себя туристов, участников деловых поездок и транзитных пассажиров. Сколько «релокантов» обосновалось в этой стране с момента начала войны в Украине, точно неизвестно.

Таджикистан. Иллюстративное фото

Как российские мигранты обустраиваются в Таджикистане

Государственная статистика Узбекистана говорит о двух с небольшим тысячах иностранцев, которые формально заявили о переезде в страну на ПМЖ в 2022 году. На деле число новых иммигрантов, вероятно, в несколько раз выше — большинство оформляет свое пребывание как временное, а не постоянное, либо вовсе остается в статусе «вечных туристов». Число участников крупнейших «релокантских» чатов в мессенджерах позволяет предположить, что в Узбекистане сейчас проживает не менее 10 тысяч новоприбывших россиян, абсолютное большинство из них — в столице.

Иллюстративное фото

Почему россияне едут в Казахстан и что о них думают местные жители

Чтобы узнать, что новые иммигранты думают о принявшей их стране и как к их притоку относятся местные жители, «Idel.Реалии» побеседовали с тремя россиянами и одним ташкентцем.

«ДОСТАТОЧНО АВТОРИТАРНАЯ СТРАНА»

Специалистка по маркетингу Алина (просила не называть фамилию) уехала из России со своим молодым человеком после объявления «частичной» мобилизации в сентябре 2022 года. В качестве направления для переезда пара выбрала Узбекистан — по словам Алины, один из самых дешевых на тот момент вариантов. Кроме того, в этой стране у них уже были знакомые.

— Плюсы и минусы любой страны — вопрос индивидуальный, потому что у разных эмигрантов разные вкусы и запросы. Лично я среди положительных сторон жизни в Узбекистане могу отметить дружелюбие местных жителей и широкое распространение русского языка, что удобно для переехавших из России. Негативные стороны — климат «на любителя», плохая экология. В Ташкенте радары показывают опасное для здоровья качество воздуха. Кроме того, цены здесь вполне питерские, а зарплаты ощутимо ниже, — считает маркетолог.

Российский флаг развевается перед посольством России в Таллинне, 27 марта 2018 года. Иллюстративное фото

Российские эмигранты в Эстонии: интеграция и реакция общества

Алина также говорит о культурных особенностях, которые считает минусами для иммигрантов: «Агрессивное вождение, отсутствие дистанции в личном пространстве, расслабленность людей и некоторая необязательность. Есть еще «таниш-билиш», по-нашему — «кумовство и панибратство». Это чувствуется везде: люди могут пролезть к врачу на прием без очереди, сделать заказ в общепите впереди тебя, если на кассе «брат». Это массовое явление. Либо ты можешь встроиться в эту систему, либо она мешает жить».

— В Узбекистане своеобразное отношение к женщинам. Мне, например, часто не дают сдачу в руки, если рядом стоит мой парень. Часто люди принципиально общаются не со мной, а только с ним. Однажды сделали замечание за открытые плечи. Мне это неприятно, но особо не реагирую — это другая культура. Наверное, к культурной специфике можно отнести и отсутствие ясных правил и инструкций во многих сферах. В банк звонишь, тебе отвечают одно, приходишь — говорят другое. Даже в налоговой можно бегать по кабинетам целый день, и никто ничего не будет знать, — делится иммигрантка.

Буэнос-Айрес

Дружелюбие как социальная норма. Жизнь российских иммигрантов в Аргентине

В то же время Алина отмечает: «Узбекистанцы очень разные. Есть те, кто путешествовал по миру или учился в иностранных университетах, а есть те, кто рано выходит замуж и живет традициями. Это два разных мира. С одними мне легче найти общий язык, с другими — сложнее. За год жизни здесь у меня, конечно, появились отдельные местные знакомые, но в основном круг общения состоит из «релокантов» из России и других иностранцев, которые здесь работают».

— У меня сложилось впечатление, что Узбекистан — достаточно авторитарная страна. Даже в большей степени, чем современная Россия. Тут отменяются концерты и фестивали, запрещены митинги и демонстрации. В прошлом году, кажется, женщину оштрафовали за то, что она танцевала в купальнике в бассейне. В законы еще сильно вмешиваются религия и обычаи. О большинстве таких историй мы просто не знаем — это мало где освещается, местные очень не любят поднимать даже околополитические темы. Просто говорят, что всё хорошо, — считает россиянка.

Стамбул

Почему россияне приезжают в Турцию — и уезжают из нее

Отвечая на вопрос о планах на будущее, Алина заключает: «Однозначно уехать. Спустя год уехать хотят почти все «релоканты» — слишком суровый климат, плохая экология, плохая медицина, нет работы, не очень хорошее отношение к домашним животным, не всем подходит менталитет. Есть и инфраструктурные проблемы: часто отключают свет и интернет, зимой пропадал газ. Для работы из дома это гвоздь в крышку гроба. В общем, в Россию мы возвращаться не планируем, но постараемся уехать куда-то еще. Правда, будем очень скучать по полному отсутствию агрессии друг к другу. В Узбекистане при всех его проблемах нет никакой дерзости, недовольных лиц в поликлинике, нет хамства».

ЗАТЯНУВШАЯСЯ ЗИМОВКА

Студент Глеб (просил не называть фамилию) уехал из России немногим позже Алины — в октябре 2022 года. По его словам, решение «перезимовать» в Ташкенте из-за «частичной» мобилизации принимали всей семьей. В итоге «зимовка» затянулась — Глеб находится в Узбекистане до сих пор.

— Решение уехать далось мне довольно легко, хотя я раньше мало бывал за границей. Выбор пал на Узбекистан по двум причинам. Во-первых, у меня есть подруга из Узбекистана, которая многое знала и рассказывала об этой стране. Она очень помогла мне адаптироваться, разъяснила всю «матчасть» и оказала просто колоссальную поддержку, поскольку переезд оказался для меня серьезным стрессом. Вторая причина — отсутствие необходимости оформлять разрешение на проживание и низкие цены на еду и жилье.

Иллюстративное фото

Близкие языки и муралы с «Моторолой». Почему россияне едут в Сербию, как там обустраиваются и что о них говорят местные жители

Глеб считает, что пока не успел глубоко познакомиться с Узбекистаном: «Переезд сам по себе отнял много сил, приходилось много удаленно работать, а у меня еще и преддипломный год по месту учебы. Физическое отсутствие на этом самом месте сказалось на учебном процессе негативно. Как следствие, я не очень много гулял, практически не заводил новых знакомств, тем более что я не пью и не хожу в бары. Ташкент как город мне нравится, хотя и кажется менее насыщенным в плане достопримечательностей по сравнению с Самаркандом».

— Многие россияне ругают климат Узбекистана, но мне лично он нравится. Меня пугали 50 градусами жары летом, но по факту гораздо тяжелее было зимой — последняя зима была аномальной и оказалась настоящим испытанием для инфраструктуры. Надеюсь, что подобное не повторится. Из минусов могу назвать доступ к антидепрессантам и цены на аренду — они могли бы быть ниже, хотя они и так уступают Казахстану и Грузии. Еще мне не нравится, как здесь обращаются с уличными животными. Культурных барьеров я не ощущаю — по-моему, люди везде плюс-минус одинаковые. Правда, социализироваться у меня пока получается плохо, не хватает сил и времени из-за работы и учебы, — делится иммигрант.

Тбилиси

Как россияне адаптируются в Грузии и что об их наплыве думают местные жители

Глеб планирует вернуться в Россию, чтобы защитить диплом, а затем поступать в аспирантуру за границей — не в Узбекистане, а в третьей стране. «Дальнейшие планы я пока строить не могу. Возможно, по каким-то причинам мое возвращение ускорится или затянется», — заключает молодой человек.

«МОЖНО СТАТЬ СВОИМ»

Особенно лестно об Узбекистане и Ташкенте отзывается еще один собеседник «Idel.Реалии» — Касым (просил не называть фамилию) из Татарстана. Он пока не покинул Россию окончательно, но с момента начала вторжения в Украину несколько раз выезжал за границу на длительный срок и «присматривался» к различным странам как возможным направлениям для переезда.

Узбекистан оказался фаворитом татарстанца. Среди преимуществ этой страны по сравнению с соседями по региону Касым отмечает разнообразие кухни и высокое качество продуктов, низкие цены, хорошую медицину и специфику социальной среды — в Ташкенте он «почувствовал, что может стать своим», тогда как полноценную интеграцию в Казахстане представить для себя не может.

Вильнюс. Иллюстративное фото

От советской русификации к активистской эмиграции. Кто переезжает из России в Литву и что об этом думают литовцы

Кроме того, он отметил, что узбекский язык дается ему особенно легко благодаря знанию татарского. Исторически ближайшими родственниками татарского в Центральной Азии являются кыпчакские языки — казахский, кыргызский и каракалпакский. Узбекский же относится к другой группе — карлукским языкам, но Касым утверждает, что пласты литературной лексики в нем особенно близки к его родному языку за счет общности древних письменных традиций.

«ВАЖНО ПОНИМАТЬ ЛЮДЕЙ, ИХ ВНУТРЕННЮЮ КУЛЬТУРУ»

Комментируя приток россиян в Узбекистан, местный житель Артур (просил не называть фамилию) говорит, что в среднем состав людей на улицах Ташкента по сравнению с 2021 годом изменился мало, но иммигранты — даже немногочисленные — сразу бросаются в глаза.

— Весной прошлого года я работал в организации, которая готовила полноценный гайд, чтобы помочь новоприбывшим сориентироваться на местности, закрыть те или иные потребности — разобраться с документами, найти жилье, купить необходимое или даже устроить ребенка в школу или детский сад. Негатива к приезжим я встречал мало, особенно в первое время. Все понимали, что ситуация ужасная и хуже стало всем безотносительно их государственной принадлежности. Может, это только в моих кругах общения, но, по-моему, практически повсеместно люди были гостеприимны, — делится узбекистанец.

Ереван

«Стране к беженцам не привыкать». Как россияне устраиваются в Армении и что о них думают местные жители

По прошествии года ситуация, по словам Артура, изменилась: «Начал проявляться негатив. Отчасти это связано с бытовыми требованиями тех, кто приехал. Естественно, они ощутили разницу — поняли, что не все условия здесь развиты в той степени, как у них дома, начали жаловаться. Это вызвало раздражение у части местных жителей. Более ощутимым изменением стало резкое и искусственное подорожание стоимости аренды жилья. Я сам недавно столкнулся с завышенными требованиями арендодателей. Они вызваны тем, что «релоканты» в погоне за лучшими условиями и комфортом были готовы платить выше средней цены, существовавшей на момент их приезда. Арендодателям, конечно, понравились такие условия, так всё и поднялось, а опускать никто уже не заинтересован, даже несмотря на отток иммигрантов».

— Приток иммигрантов отразился и на рынке труда. Порой неместных специалистов берут охотнее и с более высокими окладами, даже на те же позиции. Но, возможно, этот тренд уже не так актуален, как поначалу. Во многих сферах в нашей стране очень важно понимать людей, их внутреннюю культуру. С этим среди новоприбывших справились немногие, — отмечает ташкентец.

Бишкек. Иллюстративное фото

Как россияне устраиваются в Кыргызстане и что о них думают местные

В целом Артур характеризует свой личный опыт общения с россиянами как позитивный: «С несколькими подружился неплохо, с кем-то даже хорошо. Я думаю, здесь остались те, кому захотелось остаться — а значит, и у них самих от страны впечатления позитивные. Кто-то просто мог не понимать местных фишек, но впоследствии они спрашивали и узнавали что-то новое. С обладателями имперских и колониальных взглядов сталкиваться не приходилось. Думаю, специфика кругов общения — со многими иммигрантами я знакомился через собственных здешних друзей. Наверное, на этом этапе отсеивались потенциально неблагоприятные знакомства».

— Многие иммигранты с энтузиазмом пытаются выучить отдельные узбекские слова, но дальше рядовых бытовых фраз дело обычно не заходит — на практике в этом мало необходимости как в быту, так и на работе. По крайней мере, такая ситуация в Ташкенте. В Бухаре и Самарканде, насколько я знаю, узбекский используется меньше, чем таджикский и русский, поэтому, скорее всего, ситуация похожая, — считает узбекистанец.

Флаг Украины торжественно водружен на здании Рижской думы. Рига, 14 февраля 2022 года

Россияне в Латвии: иммигранты или оккупанты?

Отвечая на вопрос о том, останутся ли «релоканты» в стране на долгий срок и смогут ли полностью интегрироваться в ее общество, Артур объясняет: «Очень сложно сказать, но, думаю, скорее, нет, чем да. Здесь и местное население часто стремится уехать — хотя бы за высшим образованием. Что интересно, даже уезжая, узбекское сообщество зачастую остается целостным, соотечественники объединяются — в основном те, кто этнически относится к Узбекистану и более привержен традициям. Я не наблюдал аналогичных явлений среди иностранцев в Узбекистане — скорее всего, потому что их раньше меньше было».

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт «Idel.Реалии», читайте здесь.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *